Правозащитникам известно немало случаев, когда жителей Чечни и Ингушетии похищают, а затем угрозами и жестокими пытками вынуждают подписать признания в несовершенных преступлениях, отметила Светлана Ганнушкина. После этого начинается официальное следствие, при этом следователь отказывается подписать протокол, где содержатся показания задержанного о пытках. Профессиональные судьи, получающие указания не оправдывать подсудимых, игнорируют заявления последних о пытках и исключительно на основе самооговора приговаривают их к длительным срокам заключения. Теперь ситуация еще более усугубится, поскольку из компетенции суда присяжных исключены дела по статьям УК РФ 205 «Террористический акт» и 208 «Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем», по которым обычно обвиняют похищенных, подчеркнула правозащитница. То, что делают с заключенными чеченцами и ингушами — уже не пытки, поскольку ранее их заставили оговорить себя. Это жестокое издевательство с целью уничтожить личность, добавила она.

И Светлана Ганнушкина, и Елена Санникова указали, что многие начальники пенитенциарных учреждений воевали против сепаратистов в Чечне и даже не прошли после этого психологическую реабилитацию; некоторые из них стали законченными садистами. В то же время, другие заключенные нормально относятся к сокамерникам с Северного Кавказа, подчеркнул Имран Эжиев. Так, от них мы получаем информацию об издевательствах над Зубайром Зубайраевым, сказал он.

Как указывает правозащитная организация «Amnesty International», в августе 2007 года Зубайр Зубайраев был приговорен к пяти годам заключения в колонии строгого режима и отправлен в колонию ЯР-154/25 в Волгоградской области. Там сотрудники охраны его регулярно пытали, в частности электротоком. Его неоднократно избивали пластиковыми бутылками с водой, дубинками и прикладами автоматов до потери сознания, затем охранники приводили его в чувство и продолжали избиение. Медицинской помощи ему не оказывали, а полученные им телесные повреждения не регистрировались. После нескольких обращений с жалобами на пытки и жестокое обращение Зубайраева перевели в колонию №9 в Волгограде. В феврале 2008 года его направили в тюремный госпиталь ЛИУ-15 в Волгограде, где он находится до сих пор. Избиения и пытки не прекратились. У него на лбу шрам, по-видимому оставшийся после того, как в октябре ему нанесли удар ногой по голове. На руках и ногах Зубайраева тоже были признаки телесных повреждений. Зубайр Зубайраев с трудом передвигается, потому что ему проткнули ступни острым металлическим предметом. У Зубайраева диагностирован туберкулез, отмечает AI.

В результате избиений, издевательств и пыток у него серьезно подорвано здоровье, он теряет сознание в результате тяжелых травм головы, на ногах у него гноящиеся и незаживающие раны, сказано в заявлении Имрана Эжиева на имя Уполномоченного по правам человека в России Владимира Лукина, а администрация колонии утверждает, что осужденный сам наносит себе повреждения, чтобы добиться перевода в Чечню. Зубайру Зубайраеву отказывают в лечении. К нему приходил прокурор, который заявил: «Если ты не прекратишь жаловаться на сотрудников колонии, то не только ты живым отсюда не выйдешь, но подвергнешь риску и своих сестер. Мы контролируем каждый их шаг», говорится в заявлении. Живущая в Грозном Малика Зубайраева сообщила, что их семья получает угрозы от соседа, внештатного сотрудника ФСБ.

Светлана Ганнушкина представила журналистам обзор «Чеченцы в пенитенциарной и судебной системе». В нем рассказано о Мохмадсалоросе (Салихе) Масаеве, бывшем узнике незаконной тюрьмы Рамзана Кадырова. После того, как Масаев в интервью «Новой газете» обвинил президента Чечни Кадырова в причастен к его незаконному содержанию в секретной тюрьме, этот житель республики был снова похищен; судьба его неизвестна. В документе рассказывается и о других чеченцах, подвергающимся в заключении пыткам и издевательствам — Исламе и Рустаме Таиповых, Фариде Исраилове, Исламе Бациеве, Ризване Тайсумове, Заурбеке Талхигове, Шамсуди Абдулкадырове, Исламе Шерпиеве, Исмаиле Татаеве. Заключенный Азамат Успаев по неизвестной причине упал со второго этажа и скончался от травм; за две недели до гибели он послал жалобу в Европейский суд по правам человека. Осенью 2007 года родственникам привезли труп жителя Чечни Бичеркаева, погибшего в тюрьме при странных обстоятельствах. Также в обзоре рассказывается о фабрикации уголовных дел против чеченцев. Дискриминация, унижение и нарушение права на жизнь чеченцев в тюрьмах, опасность для любого чеченца оказаться на скамье подсудимых — признаются руководством Чечни и представляют для них огромную проблему, подчеркивается в обзоре.

Светлана Ганнушкина отметила, что недавно суд отказал в условно-досрочном освобождении жительнице Чечни Заре Муртазалиевой, осужденной на длительный срок по обвинению в подготовке террористического акта в Москве. Обвинение было построено на том, что Муртазалиева трижды сфотографировала эскалатор в центре Москвы, напомнила правозащитница.

Далеко не все случаи произвола становятся известными правозащитникам, поскольку в последнее время пострадавшие все чаще опасаются обращаться к ним, подчеркнули участники пресс-конференции.