Последние сведения о перестановках в президентской референтуре отчасти подтверждают их обоснованность: дыма без огня не бывает. Эта конструкция - дуумвират с туманно обозначенными полномочиями его участников - вольно или невольно возвращает к мысли об изначально заложенных в нее провокативных задачах. Почему Д. Медведев в одном из ритуальных появлений на телеэкране привлек внимание правительства к инициативам малоизвестного интернет-блогера, не имея, по-видимому, представления ни о степени адекватности предлагаемых инициатив, ни о человеческом и профессиональном облике виртуального активиста? Предположение, что это сделано «просто так», «с потолка», выдвинутое на днях Э. Лимоновым, не выдерживает критики. Для любого пользователя интернета (тем более образованного) имеются поисковики - и в случае с В. Кучеренко / М. Калашниковым понять, что к чему, легче простого. Допустим, нет времени погружаться в чтение, но пробежать глазами названия его творений не составит труда. Так же как его послужной список.

В перечне книг легко заметить броские названия: «Война с Големом», «Сверхчеловек говорит по-русски», «Русская Доктрина», «Вперед, в СССР-2», от которых так и несет дурным тоном. Трудно предположить, что под такими обложками можно найти хотя бы намеки на инновации. Зато в сочинениях со схожими названиями, как правило, речь идет о мерзости демократической России, о том, что ее продали в руки неких заграничных барыг (тут обычно делаются намеки на сионистский заговор или на длинную руку дяди Сэма), о необходимости возврата к «советской цивилизации». Для Калашникова, этого «голоса новой России», Россия современная не более чем «страна полосатого власовского полотнища». Это ельцинско-путинское (по его определению) образование нужно уничтожить, чтобы на его месте воссоздать новый СССР, с могучим ВПК и народнохозяйственными чудесами.

Любой нынешний российский управленец корнями уходит как раз в СССР и хорошо знает, что нынешние пороки российской жизни берут начало в советской родине. Возврат к СССР не только не решит многочисленные проблемы, но приведет к их катастрофическому умножению. Один прожект постройки биоагроэкополиса, выдвинутый Калашниковым в письме президенту и напрямую ассоциирующийся со сталинским проектом покорения природы, с хрущевской идеей агрогородов, приведших к уничтожению русской деревни и природной среды, дорогого стоит, и мог уже насторожить. Но ни это, ни послужной список «футуролога» не обеспокоили Медведева. 

А ведь из последнего следует, что блогер Калашников не только профессиональный журналист, но и семь лет в таковом качестве работал обозревателем правительственной «Российской газеты». Значит, хорошо знаком кадровой службе администрации президента и, возможно, еще лучше - кадровикам правительства, являющегося учредителем этого СМИ. Неважно, что после «новый Кампанелла» ушел в другие издания, он сохранил контакты во властных структурах. В 2002-2004, оказавшись в журнале «Русский предприниматель», становится руководителем отдела безопасности, пишет на темы спецслужб, оборонно-промышленного комплекса и в своих статьях ссылается на «источник в президентской администрации» (см. № 11-12, 2002).

Итак, накануне важных встреч - с представителями международного экспертного сообщества на Валдае, а затем на Генеральной ассамблее ОНН с президентом Обамой - Дмитрий Медведев показывает стране и миру, что держит руку на пульсе современности, открыт к инициативам граждан, ищущих лучший путь для нашей родины. Но его интерес к Калашникову, поклоннику Сталина, Гитлера и Муссолини, превращает его сигнал в посыл, противоположный задуманному: сигнал не открытости, а закрытости. Не дружелюбия, а скрытой угрозы.

В свое время, не успев придти в себя после крушения имперской России, русские люди, лучшие умы общества гадали, что такое НЭП большевиков. Шанс на возврат к нормальной жизни или ловушка, созданная для уничтожения тех, кто поверит в новые лозунги красных вождей? Ответ - и ответ страшный - был дан историей. К сожалению, ту же дилемму перед обществом поставила и политика «нового мышления» Горбачева. Что несет перестройка: надежные перемены к лучшему или - по известному анекдоту - перестрелку?

В отличие от знаменитых предшественников никакой новой программы Медведев до сих пор не выдвинул. Попытки же его обратиться к народу с добрыми человеческими намерениями неожиданно адресуют общество к вполне мрачной среде околокремлевских опричников. Потому что именно принадлежность Калашникова к этому слою «своих», незаметно выращенному в «новой» России за последние 10-15 лет, превращает президентские поиски нового будущего в мутную и двусмысленную игру. 

Запал ненависти, питающей эту среду, ее характеризует лишь частично, так же как и поклонение образу сильного вождя (в любой из его исторических ипостасей). Гораздо важнее, что право на неограниченную ненависть и разнузданность они черпают в громогласно провозглашаемом культе могущества России. Причем для большинства околокремлевских опричников Россия - только неудачный синоним «великого» СССР (исключение составляют узкие национал-монархические круги). Внутри этой идеальной страны существовал «порядок», организованный в советскую цивилизацию. Советская цивилизация экспортировалась и распространялась путем неудержимой военно-дипломатической агрессии, что является предметом вожделенных мечтаний для сторонников СССР-2.

Стоит отметить одну из статей Калашникова, помещенную в «Русском предпринимателе» в 2003 г. Журнал «Русский предприниматель» возник во время первого срока правления Путина и был одной из своеобразных экспериментальных площадок по созданию державнической общественности из симбиоза национал-капиталистов, национал-православных политиков, национал-спецслужбистов и национал-военных промышленников. Содержание статьи фантастично, но основано, по утверждению автора, на реальных фактах и, учитывая специфику журнала, оснований не доверять ему в данном случае нет. Если бы наше общество не было столь избито за 70 лет коммунистической диктатуры, то этот материал сразу по его появлении должен был привлечь пристальное внимание аналитиков.

Речь в статье идет о «самой рискованной в мировой истории спецназа операции», начатой ГРУ в январе 1987 года в США (внимание: на дворе перестройка). Тогда, по утверждению издания, отмашку для ее осуществления (вопреки протестам военных) дало «высшее политическое руководство страны в лице Горбачева и Шеварднадзе». Цель операции заключалась в том, чтобы «установить близ шахт американских баллистических ракет небольшие ядерные фугасы». Их взрыв должен был помешать взлету американских ядерных баллистических ракет наземного базирования, одновременно обрушив эти ракеты на собственную, американскую, территорию. Для выполнения плана в США были направлены три диверсионные группы по 9 человек каждая. В состав группы входили «специалисты по диверсиям в глубоком тылу стран НАТО», а также специалисты «морского дела», прошедшие подготовку «в знаменитом учебном центре подводных диверсантов в Фюрстенберге (Восточная Германия)».

В течение 1987 года таким способом были заложены три ядерных мины. Американцы узнали об этой операции только в 1993 г. и только после того, как о ней сообщили сами русские на волне, как иронично пишет автор статьи, «так сказать, демократии и дружбы». Когда американские специалисты стали изымать фугасы, то один из них они так и не смогли найти. «Однако шума из этого делать не стали»: срок начинки истек. Ссылаясь на мнение одного из участников той спецоперации, Максим Калашников приходит к мнению, что она была авантюрой, могшей привести к бессмысленному конфликту с США. Однако пафос статьи заключается не в этом рациональном и взвешенном выводе. Он состоит в любовании могуществом советских спецслужб, для которых на всей земле нет закрытых территорий. Для которых проницаем весь остальной мир, что является верным залогом для достижения полного над ним господства.

Итак, имя Калашникова вольно или невольно приводит всех заинтересовавшихся его «идеями», в том числе и президента, к мрачному и агрессивному контексту. Недаром интервью, данное им после своего «звездного часа», было наполнено угрозами «либералам», всем «другим». «Мы, - сказал он, - вас уничтожим». Это и есть речевка той среды, из которой он происходит, среды околокремлевской опричнины, имитационной общественности, всех тех «наших», которые опьянены чувством вседозволенности. Их приписали к правящему классу, назначили в охранители, в преемники, в будущих властителей мира. Поэтому они так откровенны в своей ненависти к другим, в своей собачьей преданности хозяевам, так бесстыдны в своих появлениях на людях.

Горькая ирония заключена в президентской попытке обратиться к народным энтузиастам. Он попадает в декорации, созданные для обмана его бюрократией, и сам оказывается обманутым. Прирученная общественность, которую правитель всегда может использовать, - удобное средство для системы властвования. Однако очень быстро управленческий аппарат становится заложником потемкинских деревень и симулякров, которые сам создает в силу инерции применяемой им «технологии власти».

В 1920-е годы. вожди ВКП (б), понимая, как непрочно положение партии среди крестьянско-мещанского большинства, озаботились созданием групп народных активистов, призванных стать их помощниками в контролировании страны. Создавалось движение селькоров и рабкоров, которых различные старшие товарищи подталкивали к агрессивным действиям в отношении окружающих. «Крестьянская газета», а за ней областные и районные коммунистические издания по всей стране инициировали судебные процессы критиков своих добровольных помощников-корреспондентов. Это был метод терроризирования населения. В 1930-е годы селькоры и рабкоры естественноэволюционным путем превратились из энтузиастов-прожектеров в обычных доносчиков, травивших насмерть и своих бывших хозяев. Затем они стали ненужными и исчезли. Страна превратилась в застойное болото, где нет исторического времени, нет памяти, нет движения вперед.

Когда «нашист» Б. Якеменко призывает «заставить Александра Подрабинека пройти психиатрическую экспертизу и ходить со справкой о том, что он умалишенный», то, несомненно, хочет продемонстрировать ничтожность заслуг журналиста-правозащитника. Название книги последнего «Карательная медицина» давно стало международным термином, вошедшим во многие языки и словари мира. Судьба Александра Подрабинека действительно может составить предмет гордости в любой цивилизованной стране (там, в нормальном мире, о его деятельности написали уже не одну диссертацию). Его травля является позором для современной России.

Но опричная среда выполняет задание - построить общество. Что ж, если они его будут столь усердно исполнять, тогда власти и придется жить в этом своем обществе Калашниковых и прочих «наших» с их безумными мечтами о всемирном СССР. Очередной кремлевский властелин будет вновь летать на истребителях, плавать на подводных лодках, ездить на тракторе в окружении ликующей толпы глянцевых манекенов. И уже никогда не соприкоснется с настоящим обществом, которое в очередной раз уйдет в нети. Только, боюсь, что время русской истории в таком случае оборвется уже окончательно. Впрочем, у человека, даже если он президент, есть выбор. И Дмитрий Медведев может распустить фальшивый мир опричнины, просто упразднить его, сделав вывод из истории с Калашниковым. И тогда этот поступок будет орудием подлинной победы над нежитью, над отрицательной инерцией наших попыток движения вперед.