Я слушал выступление утром, после того как не смог поехать вместе со знакомыми иранцами на демонстрацию в Париж против "режима мулл". Как раз ночью, когда мы ждали автобуса в Париж, и случилась история, полностью опровергающая заявление бородатого, старого человека, выглядящего озабоченным Богом, но больше озабоченного собственным влиянием.

Среди иранцев, которые собрались на демонстрацию, была приличная группа молодежи, которая принялась недалеко от остановки играть в футбол. Мимо проходило четверо нетрезвых немцев, в "праворадикальной" одежде - высокие ботинки, закатанные джинсы, черные ветровки. По дороге они пытались ногами потушить пару фонарей, затем, разумеется, вступили в дискуссию с молодыми иранцами. Все кончилось довольно мирно, немцы только установили на одном из фонарей, пустой бочонок пива, да заявили иранцам, что коли те знают немецкий язык, "то все клево". Но минут через пятнадцать прибыла немецкая полиция. Тщательно опросив молодежь, что и как делали нетрезвые "радикалы", полицейские решили посмотреть паспорта у группы, едущей в Париж митинговать против Ахмадинеджада. Полицейские записали данные документов, свидетелей из молодежи, дабы было подтверждено хулиганство нетрезвых немцев. С тем попрощались и откланялись... Проверка документов вызвала у меня (человека выросшего в СССР) столь знакомую нам неприятную дрожь пальцев, и странное желание делать вид, что все у меня хорошо, хотя у меня документы действительно в полном порядке.

Аятолла сказал знакомую многим из нас штуку - "мы строим религиозную демократию". Когда-то мы слышали о "социалистической демократии". Немцы слышали об "истинно немецкой демократии". Думаю, случай случившийся ночью в Кобленце демонстрирует только одно - демократия есть или ее нет.

Что сделали бы иранские полицейские ночью с группой немцев, похожей на нашу? Что сделали бы в Москве или Киеве, я уж и не говорю... Моя немецкая знакомая, когда-то пыталась узнать у милиционера как найти туалет, на ломаном русском языке. "Чего?! Че те нада?!" - вот ответ "управляемой демократии", или "демократии по-нашему", как можно определить суть речей аятоллы и прочих деятелей из подобных стран. Украинская милиция могла бы ответить "мягче": "На шо воно вам нада?"

Самое главное - эти люди никогда не говорят от себя. Они всегда ссылаются на некие авторитеты - аятолла на Коран, маленький президент знакомой нам страны - на Деникина. Президент еще одной страны, строящей "демократию по Мазепе" - на Голодомор. Они никогда не ссылаются на людей, которые от них зависят. То есть - именно на свой народ. Свой народ им не нравится: то воспитан не так, то завел привычку "жрать по утрам", то психология у него обывательская, то он и вовсе - не желает в Бога веровать, или в Маркса.

Не буду выяснять сейчас, почему в Германии таки вполне нормальная демократия, при которой эмигрантам не нужно бояться появления местной полиции. Мы обсуждали это со знакомой персиянкой, которая легко возразила мне, когда я сказал о долгой истории Европы: "Персия намного древнее...".

Расскажу еще об одном маленьком фрагменте, случившемся ночью. Когда полицейские решили оформить показания свидетелей и в связи с этим записать их данные, организатор поездки тут же подошел к группе и спросил, нет ли ни у кого проблем с документами? Потому что, кабы проблемы были, он стал бы возражать против возможной проверки. И на его стороне могли тут же быть адвокаты, правозащитные организации, пресса, общество и, в конце концов - независимый суд. И ни одну из перечисленных категорий невозможно было бы купить ссылкой на "сионистского врага". Зная общество в той же родной Украине, легко себе представляю журналистку или учительницу, вызванных в некую организацию, где им объяснят, что "это выгодно известно кому...". И они «покупаются» на эту нелепицу.

До тех пор пока общество враждебно смотрит на мир и считает, что Америка "нас окружает", подобные старцы могут быть спокойны в своих дворцах, крепостях, дачах. Видимо, общество Ирана стремиться к открытости - потому-то аятолла и рванул в тегеранский университет, подставив себя под телекамеры, и выставив на всеобщее обозрение собственную "манию преследования". Поэтому ответом нормальных иранцев были новые демонстрации по всему миру. И есть большая надежда, что басиджи тоже не захотят подчиняться муллам, и предпочтут более приличную работу, чем избивать девушек палками.

Только подозрительность к миру самих граждан позволяет господам с серьезным выражением лица управлять подобными обществами.