Первая легенда: «Радикально настроенная партия обратилась в администрацию г. Н.Новгорода с просьбой о разрешении проведения митинга... Однако, несмотря на то, что на проведение данного митинга администрация согласия не дала, руководители партии решили его провести. Из оперативных источников стало известно, что при проведении шествия возможны провокации и хулиганские действия в отношении граждан, помещений, организаций и органов государственной власти».

Из текста видно, что власти руководствуются не правосознанием — у них его нет — а своекорыстной «политической целесообразностью». Не моргнув глазом они говорят о «разрешении» на проведение акции, хотя закон предусматривает уведомительный порядок. Что касается провокаций — известно, что срывает оппозиционные митинги отнюдь не оппозиция.

Вот как милицейские стратеги рисуют акцию протеста, без зазрения совести обвиняя ее воображаемых участников в организации массовых беспорядков: «... их действия становятся более агрессивными. Со стороны митингующих доносятся призывы к нападению на сотрудников милиции с целью завладения спецсредствами и оружием, предпринимаются попытки прорваться через строй, в людей в погонах летят камни, палки и грязные комья заледенелого снега... Сначала сотрудники милиции пытаются потеснить условного противника различными приемами, без применения физического воздействия. Однако статисты настроены весьма агрессивно, и руководитель оперативного штаба отдает команду на применение спецсредств».

Вторая легенда: «В ГУВД по Нижегородской области поступила информация о том, что двое вооруженных мужчин захватили сотрудника городской администрации и укрылись с ним в квартире». Разумеется, «переговоры о добровольном освобождении заложника успеха не принесли. Преступники на контакт не идут». Дальше, конечно, заложник освобожден, злоумышленники обезоружены.

Учения закончились, внутренний враг разбит, Родина «зачищена».

Но ведь массовых беспорядков в России нет. По улицам не ходят агрессивные толпы, которые разбивают витрины, грабят магазины и поджигают автомобили. Если где-то директора, который задерживает зарплату, или чиновника, не желающего выполнять свои обязанности, не выпускают из кабинета возмущенные граждане (разумеется, без оружия), с последними все же удается договориться. Протесты пока носят мирный характер. Оппозиционеры не бросают в милицию камни, палки и «грязные комья заледенелого снега». На «Маршах несогласных» не было разбито ни одного стекла. Люди, протестующие против массовых увольнений, роста квартплаты и монетизации льгот по оплате жилья, тоже погромов не устраивают. Если они перекрывают движение на автодорогах, их опять-таки можно уговорить разойтись.

Как же милицейское начальство «моделировало ситуацию»? Значит, есть политическая установка: события развернутся именно так. То есть — их будут разворачивать.

Экономический кризис бодро шагает по планете. Чрезвычайно подешевела нефть, вскоре за ней последует газ. В странах со свободной экономикой стоимость сырья, товаров и услуг падает, как это и должно быть при рецессии. Там бремя кризиса автоматически распределяется между разными слоями общества, между производителями и потребителями.

В России «естественные монополии» и прочие крупные компании, подконтрольные Кремлю, диктуют стране свои цены и условия хозяйственных отношений. Отсюда — подорожание услуг ЖКХ и проезда в общественном транспорте, введение запретительных пошлин на ввоз подержанных иномарок. Тем временем производство резко падает, сотни тысяч людей теряют работу, быстро съеживается «подушка безопасности» путинско-медведевского режима — золотовалютные запасы. Многим пенсионерам после оплаты коммунальных услуг не хватает денег на еду, где-то детские сады перестали получать средства на питание для детей. Людям, которые в результате протекционистской политики власти стали «крайними», в недалеком будущем угрожает конфискация жилья за долги. Тогда масштаб протеста вырастет многократно по сравнению с «Маршами несогласных» и митингами протеста против импортных пошлин.

В условиях кризиса российскому руководству следовало бы сделать все возможное для борьбы с монополизмом и оказывать помощь малоимущим. Но нет. Жестоко подавляя мирные протесты против «автомобильных» пошлин, правящий режим ясно продемонстрировал намерение обострить ситуацию. Что грозит вызвать гораздо более серьезные волнения и даже привести к его падению. Власть имущие несмотря ни на что продолжают приватизацию доходов, национализацию убытков и вывоз денег в офшоры. Они прекрасно понимают, что терпение людей небезгранично. Но совершенно не собираются умерять свои аппетиты, вместо этого планируя войну против граждан. Еще одним свидетельством этому стали учения в Нижнем Новгороде. А немного раньше — вывод из-под суда присяжных уголовных дел о массовых беспорядках.

16 февраля президент РФ Дмитрий Медведев подписал Указ № 173, содержащий Положение о формировании федеральных кадровых резервов вооруженных сил, внутренних войск министерства внутренних дел, войск гражданской обороны и федерального агентства специального строительства. По оценкам газеты РБК-daily, общая численность сотрудников карательных структур достигает в России 2,5 млн. человек — это больше, чем армия.

Власть старательно поддерживает разделение общества на палачей и жертв. Опыта войны против народа карателям не занимать еще со времен перестройки. 1989 год — убийство участников акции протеста в Тбилиси, 1990 год — ввод войск в Баку, 1991 год — штурм здания МВД в Риге, захват телецентра и убийство демонстрантов в Вильнюсе, расстрел литовских таможенников и полицейских в Мядининкае.

Потом были необъявленные войны в Чечне с убийствами или «исчезновениями» десятков тысяч ее жителей. Не прекращается террор милиции и спецслужб против граждан в этой республике, а также в Ингушетии, Дагестане, Кабардино-Балкарии. Через страшную школу убийств и насилия в Чечне прогнали тысячи милиционеров и омоновцев. Многие из них стали профессиональными палачами и садистами. И уже в мирных условиях успели потренироваться не только на статистах, но и на обычных гражданах — в башкирском Благовещенске и многих других местах. В том числе во время мирных акций протеста, незаконно запрещенных властями.

Для борьбы с массовыми беспорядками в России теперь выпускаются броневики с водометами ЛУВРи «Шторм». Кроме цистерн для воды, на них установлены баки для красящего вещества — очевидно, в суде испорченная краской одежда теперь должна служить законным доказательством вины гражданина. И баки для неких активных веществ. Как в известном анекдоте: а дустом не пробовали?

Потеряв власть, правящая группировка лишилась бы громадного экономического актива — ЗАО «Россия». Эти люди пришли в Кремль, используя взрывы домов и войну на Северном Кавказе. Боюсь, что для удержания власти они также не остановятся перед большой кровью. До какого момента милиция, ОМОН и внутренние войска будут поддерживать власть? Возможно, не до самого конца. Если люди преодолеют страх и выйдут на улицы десятками тысяч, а тем более миллионами, каратели в погонах поймут, что лучше опустить оружие. Вопрос в том, сколько народу может погибнуть до этого.